Высказывания
загрузка...

Таинственные вещи еще нельзя называть чудесами.

...нам кажется иной раз, что мы совершенно избавились от [суеверия], а оно, между тем, прячется в потайные уголки и вдруг снова появляется, когда считает себя в полной безопасности.

Прочь, иудей и язычник! -кричит христианский фанатик,
Проклят язычник и гой, - в бороду шепчет еврей,
Христианина на кол,, а иудея в геенну! -
В песне турецкий малыш высмеял тех и других.
Кто из них к истине ближе? Реши! Во дворце твоем, боже,
Пляшут фигляры - и я мимо всего прохожу.

Где за веру спор,
Там, как ветром сор,
И любовь и дружба сметены.

Достаточно познал я этот свет, А в мир другой для нас дороги нет, Слепец, кто гордо носится с мечтами, Кто ищет равных нам за облаками! Стань твердо здесь и вкруг следи за всем: Для дельного и этот мир не нем.

Власть царска веру охраняет,
Власть царску вера утверждает;
Союзно общество гнетут;
Одно сковать рассудок тщится,
Другое волю стерть стремится;
На пользу общую, - рекут.

...священнослужители были всегда изобретатели оков, которыми отягчался в разные времена разум человеческий... они подстригали ему крылие, да не обратит полет свой к величию и свободе.

Все национальные церковные учреждения, будь то еврейские, христианские или турецкие, представляются мне не чем иным, как человеческим изобретением, предназначенным для того, чтобы запугивать и порабощать человечество, монополизировать власть и доходы.

Настанет... момент, когда солнце будет освещать землю, населенную только свободными людьми, не признающими другого господина, кроме своего разума; когда тираны и рабы, священники и их глупые или лицемерные орудия будут существовать только в истории и на театральных сценах; когда ими будут заниматься только для того, чтобы сожалеть об их жертвах и обманутых ими, чтобы ужас их эксцессов напоминал о необходимости быть на страже, чтобы уметь распознавать и подавлять силой своего разума первые зародыши суеверия и тирании, если бы когда-нибудь они осмелились вновь показаться.

Нет ни одной религиозной системы, ни одной сверхъестественной нелепости, которые не основывались бы на незнании законов природы. Изобретатели и защитники этих нелепостей не могли предвидеть последовательного совершенствования человеческого разума. Убежденные, что люди знали в их время все то, что ни могли когда-нибудь узнать, и будут всегда верить в то, что тогда составляло предмет их веры, они самонадеянно обосновывали свои бредни на общих воззрениях своей страны и своего века.
Прогресс физических знаний тем более гибелен для этих заблуждений, что они разрушают их, не нападая на них прямо и подвергая тех, кто упрямо их защищает, унижающей насмешке в невежестве.